Человек будущего
Человек будущего – каким он будет? Физические качества человека, рост, внешний облик? Не изменится. Статья из журнала «Физкультура и спорт», 1981 год.
Интересно всё-таки заглянуть за горизонт сегодняшних знаний и представлений, попытаться понять, какими будут наши потомки там, в тумане грядущих тысячелетий. Об этом с журналистом Стивом Шенкманом беседует известный антрополог, профессор ГЦОЛИФКа, доктор медицины Борис Александрович Никитюк.
Человек будущего
Шенкман: Любители спорта никогда не страдали от отсутствия прогнозов. Естественно, что сейчас прорицаний особенно много. Известный советский специалист Л.С. Хоменков считает, что к концу века мировой рекорд в беге на 100 метров у мужчин достигнет 9,75, а у женщин – 10,60; в высоту мужчины будут прыгать ан 2,50, а женщины – на 2,10. Интересно сопоставить эти цифры с рекордами дореволюционной России: 12,6 – в мужском спринте; 1,54 – в прыжках в высоту у мужчин и 2,30 – в прыжках с шестом. Можно было бы даже предположить, что столь огромная разница свидетельствует об изменении физических качеств и функциональных возможностей людей, разделённых столетием.
Никитюк: - Нет, рост спортивных рекордов вовсе не доказывает постоянного улучшения свойств и возможностей человека. Динамика рекордов – это прежде всего результат прогресса в методике подготовки и совершенствования в поиске и отборе спортивных талантов. В принципе и в прошлом столетии можно было отыскать человека, обладавшего способностями Герда Вессига или Владимира Ященко. Если бы этого человека тогда подготовили (физически, технически, психически) так, как готовят сейчас, то он и сто лет назад мог бы прыгнуть на 2,35 или 2,36. Вряд ли физические качества человека серьёзно улучшились со времён, скажем, Древней Греции. Раскопки свидетельствуют, что за последние 50 тысяч лет мы в принципе не претерпели изменений. Между прочим, загадка 16-метрового прыжка в длину, совершённого на одной из античных олимпиад, ещё не разгадана. Почему бы не допустить мысль, что в те времена отыскался прыгун, одарённее современного Бимона, и что для него разработали гениальную программу тренировки и выполнения прыжка?
Шенкман: Точка зрения профессора логична и убедительна. Но есть одно обстоятельство, которое наводит на серьёзные сомнения: акселерация. Недавно археологи проводили раскопки на месте, где происходила знаменитая Полтавская битва. Оказалось, что солдаты Петра Первого были ниже современных солдат в среднем на 20 см. Этот факт сразу ломает привычные представления о петровских гренадерах или о суворовских чудобогатырях. Их средний рост был где-то в пределах 150-160 см. А ведь в армию, тем более в гвардию, отбирали лучших. Можно сказать почти с полной уверенностью, что в XVIII веке вряд ли отыскали бы парня с физическими данными двухметрового Вессига или Ященко, а если это так, то не могло быть и прыжков за 2,30. Значит, рекорды о чём-то свидетельствуют.
Никитюк: - Было бы глубоким заблуждением предполагать, что рост человека увеличивается непрерывно. Думаю, акселерация совершается по спирали, соответствующей солнечной цикличности. Сейчас мы являемся свидетелями затухания очередной вспышки акселерации, тенденцию можно определить как соскальзывание с пика витка вниз. Так что если в петровскую эпоху маловато было шансов найти молодца типа Ященко, то в другие времена ситуация могла быть совсем иной.
Кроме того, надо понимать, что акселерация – явление отнюдь не однозначное. Ускоренный рост тела нередко чреват диспропорцией развития: снижением двигательных возможностей, слабостью сердечной мышцы, неустойчивостью психики, гормональными сдвигами. Короче говоря, усиленный рост длины и веса тела ещё не обязательно свидетельствует о цветущем здоровье.
Шенкман: Жалоб на наше физическое несовершенство накопилось более чем достаточно. Примитивные медузы умеют предчувствовать приближение шторма, крошечный комар распознаёт магнитное поле, птицы определяют источники звука с точностью до одного градуса, пчёлы видят в ультрафиолетовом диапазоне, киты не подвержены кессонной болезни. Можно пожаловаться и на то, что мы не умеем летать подобно птицам, рыть землю, как кроты, прыгать по деревьям, как белки, плавать со скоростью и экономичностью акул. Но это, в конце концов, качества не обязательные, есть вещи поважнее. Процесс деторождения мучителен для матери и опасен для ребёнка, нервная система чрезмерно восприимчива и ненадёжна, сердце всё хуже справляется с нагрузкой, мы зависимы от экологических коллизий. «Человек застигнут настоящим временем в определённой стадии своей эволюции, с массой всевозможных недостатков, недоразвитий и пережитков. Он как бы выхвачен из лаборатории природы в самый разгар процесса своей формировки недоделанным и незавершённым», - писал в знаменитых «Записках врача» В. В. Вересаев. Такая констатация не только пессимистична, но и несёт определённый теологический колорит. Дескать, эволюция шла своим чередом, но вдруг нежданно-негаданно наступил день творения, и тут мы вышли из рук творца такими, какими успели стать к нечаянному сроку, а потом уж, поскольку день творения миновал, и изменить не смогли.
Никитюк: - Современная наука представляет процесс формирования человека, конечно, более реалистично. У нас бесконечная вереница далёких и близких предков. От тех, что спустились с деревьев, до первых пралюдей прошло примерно 5-6 миллионов лет, и произошло за такое время многое. Для наглядности могу сказать, что первых пралюдей от нас отделяют также 4-5 миллионов лет. Существование человека современного типа длится по времени лишь 1-2 процента от всей его предыстории.
Долгий процесс эволюции сохраняет наиболее приспособленные формы. Интересно, как среди большого многообразия вариантов отбирались самые перспективные. К примеру, существовал вид мощного западноевропейского неандертальца, отличавшегося огромной физической силой. Он не стал нашим предком. Неумолимая эволюция смела и этих богатырей, и другие типы пралюдей, отличавшихся агрессивностью и мощью.
Как ни странно, гораздо более перспективными оказались те, кто обладал меньшей силой. Физическая слабость стимулировала развитие головного мозга. Сильные и агрессивные особи жили и охотились в одиночку, что оканчивалось плачевно для них или для их ближайшего потомства. Слабые сбивались в сообщества, а в сообществах лучшие перспективы были не у самых сильных, яростных и злобных, а у тех, кто поумнее. Тысячелетиями, миллионами лет шёл процесс выбраковывания, он сводился к подавлению агрессивных, хищных начал в человеке. В ком меньше оставалось зверя, тот был перспективнее в эволюционном плане. В конце концов, возобладали формы, способные лучше других приспосабливаться к меняющимся обстоятельствам. Адаптивность и универсальность – эти свойства оказались решающими.
Биологическая эволюция человека и сейчас имеет определённые «недоделки». Они всерьёз проявились лишь в последние тысячелетия, особенно в наше время, и обусловлены соответствующими социальными переменами. Скажем, такие недуги, как варикозное расширение вен, геморрой, грыжа или плоскостопие, свойственны только человеку, они связаны с прямохождением, но проявляются лишь на фоне гипокинезии и неправильного питания. У далёких предков такого быть не могло. Так что эволюция оставила нам в наследство самое главное – способность адаптироваться к неожиданным и сложным обстоятельствам.
* Славянская Вера гласит, что наши Предки прибыли на Мидгард-Землю из космоса (с других Земель), а неандертальцы - местные, они к нам никакого отношения не имеют.
Шенкман: Если, как утверждает профессор, способность к адаптации – определяющая особенность человека, то главное сейчас: для нас – приспособиться к тем изменениям, которые произошли и происходят в жизни и вызваны научно-технической революцией. Наши предки имели совсем иную физическую нагрузку, они иначе питались, жили в других температурных диапазонах. Пожалуй, и нервно-психическая нагрузка носила у них иной характер. Адаптироваться к сложностям современной жизни, имея целью длительное сохранение крепкого здоровья и творческой активности, - значит ввести в свой образ бытия определённые модельные характеристики, одобренные эволюцией: необходимую физическую нагрузку, закаливание, психопрофилактику, рациональное питание, отказ от опасных привычек типа потребления никотина и алкоголя. Иначе неизбежны преждевременные сбои и поломки: пренебрежение главным – адаптивностью – наказывается неотвратимо и беспощадно.
* В добавок ко всему, ещё и прививками увлеклись, они бьют по иммунной системе очень сильно. Календарь прививок растёт, и как утверждают иммунологи, это может привести к срыву адаптации. Мы уже променяли корь и краснуху на рак и лейкемию.
Однако в эту закономерность всё чаще вмешивается мощный экологический фактор. Мы можем вести идеально правильный образ жизни, но если при этом нам придётся регулярно в больших дозах и подолгу дышать выхлопными газами, то на крепкое здоровье рассчитывать не приходится. Опубликованные данные, согласно которым 10 процентов всех болезней и смертей в городах США обусловлены загрязнённым воздухом. По другим сведениям, этот процент гораздо выше, а тенденция нарастает едва ли не катастрофически.
Экологи говорят то о возможном глобальном потеплении, то об опасности нового оледенения, о вырубании лесов, об угрозе «озоновому щиту», который оберегает нас от излишней солнечной радиации. Подобные изменения могли бы отразиться и на человеке.
Никитюк: - Да, экологические проблемы становятся всё более острыми. Но общество сознаёт опасность и принимает соответствующие меры. Всем известны решительные шаги, предпринимаемые у нас для сохранения и восстановления экологического равновесия. Кроме того, адаптационные возможности человека столь велики, что он способен не только в определённой мере компенсировать экологические неприятности, но и порой даже употреблять их себе на пользу.
Шенкман: Человек будущего, тем более далёкого будущего, пока что интересует писателей-фантастов больше, чем учёных. Особенно охотно фантазируют по поводу внешнего облика наших потомков. А науки, связанные со здоровьем человека, заняты прежде всего решением насущных проблем – лечением. В центре внимания учёных всё ещё остаётся патология, а не норма. Хотя чрезвычайно важно знать не только норму сегодняшнего дня, но и норму человека ближайшего или далёкого будущего. И ещё. Нам необходимо осмыслить воздействие научно-технической революции не только на наше тело, но и на психику.
Никитюк: - Прежде чем высказать свою точку зрения на облик человека будущего, хочу отметить, что у нашего организма есть меры защиты, своего рода предохранительные клапаны, против сильных и сверхсильных воздействий. Что же касается эволюционных перестроек с включением генетических изменений, то их можно было бы допустить лишь при очень и очень длительном постоянстве одних и тех же воздействий. На самом же деле факторы воздействия всё время чередуются, сменяют друг друга. Генетически закреплённая адаптация могла бы касаться лишь неспецифического отношения и воздействиям, скажем – повышение резервных мощностей надпочечников, своего рода «органов стресса». Я хочу сказать, что не вижу оснований предполагать, будто наши близкие или даже далёкие потомки претерпят какие-либо серьёзные изменения во внешнем облике, в своей морфологии.
Я не разделяю точку зрения тех, кто считает, что завоевание дальнего космоса и океанических глубин повлечёт изменения в человеческой природе, сделает людей способными спокойно пребывать в состоянии невесомости, безболезненно подвергаться излучению, перестроит органы дыхания для жизни в воде. Думаю, что заселение других планет и подводного царства произойдёт на том этапе, когда окажется возможным и там сохранить для человека земные условия жизни в рамках его приспособительных возможностей.
Сейчас общество начинает настойчиво искать пути физического оздоровления. Проблема назревает всё более явственно. А это значит, что она непременно станет объектом самого серьёзного исследования: наука всегда успешно решала те задачи, которые выходили на уровень насущной актуальности…
Предлагаем, размышляем, спорим. Человек будущего // «Физкультура и спорт». - 1981 - №2.
P.S. Эволюция сознания (йога) – в этом направлении меняется человек (ЧелоВек – то есть мыслящий во времени). Чело управляет и физическими возможностями.
