Подкузьмил… (фельетон)

Фельетон о хитром тренере «Подкузьмил…» из журнала «Физкультура и спорт», 1960 г.

Фельетон: Подкузьмил…

Очнулся тренер в больнице. Сестра в белом, склонившись над ним, ласково улыбнулась: «Ну и напугали вы нас» - словно говорила её улыбка.

Старый тренер с усилием повернул голову и внезапно протяжно и жалобно застонал. На стуле, рядом с кроватью, сидел в белом халате посетителя виновник его инфаркта – юный бегун. У него были опущены плечи, лицо соболезнующе морщилось.

- Какое ты имел право так бежать, негодяй? – сквозь зубы процедил тренер.

Юный спортсмен обессилено пожал плечами:
- Откуда я знал, что у меня такое время!
- Неужели ты не мог догадаться?!
- Догадаться? У меня уже после восьмисот метров шумело в ушах и глаза застилало пеленой. Но я старался: бежал, как только мог…
- Чудовище! – тренер скрипнул зубами и вновь потерял сознание.

Сестра метнулась к нему с кислородной подушкой.
- Уйдите! – она махнула юноше рукой.

Тот поднялся с места и шаркающей походкой неудачника направился к выходу.

Что же произошло на беговой дорожке?

…Приближались республиканские студенческие соревнования по лёгкой атлетике. Василий Петрович Седиков готовился встретить их во всеоружии.

С утра он уже звонил по телефону своему приятелю в спортобщество «Шахтёр».
- Послушай, будь другом, одолжи взаймы на две недели хорошего бегуна на полторы тысячи метров.
- Одолжить-то можно, - раздалось в трубке, - но только в обмен.
- Как в обмен?
- Я тебе бегуна, а ты мне взаймы на неделю трёх велосипедистов-третьеразрядников плюс безвозмездно шесть новых велокамер в придачу.
- Хорошо! – согласился Седиков. – Велосипедисты будут. Велокамеры тоже дам, но не шесть: достаточно и четырёх!
- Согласен, - ответил тот. – А взамен пришлю перворазрядника Глазкина. Отличный бегун! Молод, ему недавно исполнилось восемнадцать лет, но бегает как бог. Думаю, в будущем сезоне выполнит норматив мастера. Удивительно талантливый парень!

На следующий день к Седикову пришёл юный бегун.
- Виктор Глазкин, - скромно представился он.
- Запомните, на эти две недели вы не Глазкин, а Носов, - пояснил ему Василий Петрович.

Молодой человек пунцово покраснел, как девушка, готовящаяся сменить фамилию.
- Носов – это, так сказать, ваш спортивный псевдоним, - улыбаясь во весь рот, похлопал его по спине Седиков.

На тренировках Глазкин-Носов показал хорошее время. За дистанцию полторы тысячи метров тренер теперь был спокоен.

Наступили дни соревнований. Финальный забег проводился в большом городе, после футбольного матча. Трибуны огромного стадиона ломились от зрителей. Юноша сильно волновался: он впервые участвовал в республиканских соревнованиях.

- Не трусь, - успокаивал его Седиков. – Постарайся на первом же круге поднажать и войти в головную тройку. Тогда всё будет отлично!

Юный бегун от возбуждения дрожал всем телом, глаза его сверкали. Он внимательно выслушал тренера.

- Бегуны, на старт! – раздалась команда.

- Займёшь пятое место – и хорошо, - ласково напутствовал юношу старый тренер.

Бегуны вышли на старт. Судья махнул флажком. Спортсмены сорвались с места. Глазкин-Носов оказался впереди всех. Просвет между ним и остальными бегунами всё увеличивался.

- Слишком бурно начал, - поморщился Седиков. – Выдохнется к финишу. Эх, молодо-зелено!

Юноша всё наращивал скорость бега. Разрыв увеличивался.

- Что он, стометровку собрался бежать, что ли? – рассердился тренер.

Первый круг – четыреста метров – юный бегун промчался как одержимый. Остальные спортсмены отстали от него едва ли не на четверть круга. Зрители безмолвствовали. Старый тренер сидел мрачный, как рамка газетного некролога.

На втором круге торжествующий голос диктора объявил через репродукторы, что молодой спортсмен бежит на шесть десятых секунды выше всесоюзного рекорда. Трибуны взорвались. Раздался рёв толпы, сотни людей размахивали руками, поднявшись со своих мест. И только один человек на стадионе криво ухмылялся – это был тренер. Он не верил, что у юноши хватит сил до конца третьего круга.

- Сейчас не выдержит, сойдёт с беговой дорожки! – твёрдо решил он.

Но вот закончен третий круг. Глазкин-Носов мчится, почти не снижая скорости. Стадион дрожит от торжествующего рёва тысяч голосов.

Былое неверие тренера испарилось. Он вскакивает на ноги и в порыве необоримого чувства поднимает вверх обе руки и пронзительно кричит:
- Витя! Давай!

До ленточки финиша остаётся триста метров. Юный спортсмен мчится стрелой. Трибуны стонут от ликования. По небритому, с седой щетиной (перед соревнованиями столько забот, что не до бриться) лицу тренера бегут слёзы восторга.

- Не выдай, родной! – весь замирая от сладкого чувства, думает потрясённый величием зрелища старый тренер.

Остаётся двести пятьдесят метров, двести, сто восемьдесят… Силы покидают юношу. Он теряет набранные с таким триумфом секунды, но рвёт финишную ленточку, немного не дотянув до рекорда.

У него побледневшее, осунувшееся, счастливое лицо. Неповторимое мгновенье!

- Виктор Носов, номер шестой, показал лучшее в сезоне время на этой дистанции! – сообщает по радио диктор.

Сотни людей выбегают на поле и на руках уносят победителя. Юноша улыбается растерянной улыбкой, глаза светятся радостью…

Тренер, стоя на краю гаревой дорожки, плачет от восторга и не стыдится слёз. Внезапно мимо него по дорожке пробегает целая толпа репортёров, которые, щёлкая затворами фотоаппаратов, устремились следом за торжествующей процессией.

Репортёры! Они сегодня же разнесут весть о забеге по всем городам Союза и за рубеж. Только теперь до сознания тренера доходит весь трагизм случившегося. Полетят запросы из Москвы! Ещё до вечера подстановка будет раскрыта!

- Проклятье! – бормочет он. – Надо же было ему пробежать с таким временем!

Лицо старого тренера искажается от гнева и боли. Он хватается руками за сердце и ловит воздух широко раскрытым ртом…

Очнулся он в больнице, на него смотрело похудевшее от великой неудачи лицо юного бегуна…

Литература: К. Владимиров. Подкузьмил… // «Физкультура и спорт». – 1960. - №1.